Зубная боль становится все острее

Лечение и протезирование зубов становится все дороже. В этом году стоматологи говорят о 15-20-процентном повышении цен. По сравнению с ними компенсация больничной кассы — 300 крон в год для взрослого человека выглядит смешной. Ну а в целом проблема недоступности услуг стоматологического кабинета становится, как и зубная боль, которую люди вынуждены терпеть, будучи не в состоянии оплатить лечение, все острее.

Нынешний рост цен на медицинское обслуживание связывают с решением больничной кассы повысить минимальную зарплату работников здравоохранения, с общим ростом цен в различных областях, в частности — на электроэнергию, с увеличением с 5 до 18 процентов налога с оборота при покупке оборудования и медикаментов. Но если другие типы лечения оплачивает больничная касса, то стоматология является исключением, взрослые сами расплачиваются за свою зубную боль. До нынешнего года компенсация расходов на это лечение составляла лишь 150 крон, теперь — 300 крон.

— Суммы приходится платить все-таки приличные, и компенсация в 300 крон — это не та сумма, для получения которой надо еще потратить время, энергию, так что я никогда за ней не обращаюсь, — говорит житель Йыхви Пеэтер, который считает, что его доход еще позволяет раз-два в год заплатить за лечение зубов. — Но если раньше шел в кабинет с наличными, например, с 500 кронами, то теперь не знаешь, во сколько лечение обойдется, хорошо, что можно расплатиться с помощью банковской карточки.

— Компенсация в 300 крон — это просто насмешка над человеком, который вынужден сегодня платить немалые суммы за лечение, — считает стоматолог Борис Нечаев. — Вот передо мной расценки, которые получены от Министерства социальных дел. Стоимость пломб — от 415 до 1235 крон, а ведь еще надо приплюсовать плату за лечение зуба. Если бы эти цены соответствовали зарплатам, то было бы понятно. А пенсионеры вообще забывают дорогу к зубному, только если уж очень сильная боль…

Доктор Нечаев говорит, что другие медики так не страдают морально от роста цен на медицинскую помощь, как зубные врачи. «Им не приходится краснеть, ведь лечение оплачивает больничная касса, а мне, например, психологически очень тяжело называть человеку сумму, которую ему надо заплатить, — признается доктор.- Я работаю 30 лет, и никогда раньше не было такого, чтобы человек просил удалить зуб только потому, что нет денег на лечение, а на удаление, которое стоит от 200 до 300 крон, еще хватает. Приходится идти на это, но иногда, знаете, просто рука не поднимается, ведь зуб можно сохранить».

По общему мнению стоматологов, Эстонская больничная касса должна пересмотреть свое отношение к инвалидам. Они, получающие небольшую пенсию, страдающие тем или иным заболеванием, не имеют никаких льгот при обращении за помощью к зубному врачу. «Без рук человек или без ног, на него больничная касса не выделяет ни цента больше, чем любому другому взрослому, кроме возможности получить в качестве компенсации расходов в сумме 300 крон. И это самое страшное, я считаю, — говорит Борис Нечаев. — Вот лишь один случай из практики. Ко мне пришел 20-летний парень-инвалид. У него опухоль, состояние ужасное, после осмотра попросил его подождать в коридоре, но он ушел. У него не было денег на лечение, он получает пенсию 1770 крон, родителей нет, опекуном является бабушка».

— О положении инвалидов, безусловно, надо задуматься, — считает стоматолог Сергей Неделько. — Человек еще не достиг пенсионного возраста, который дает некоторые льготы при оказании ему зубоврачебной помощи, но он по состоянию здоровья не может работать, а получаемая небольшая пенсия уходит на то, чтоб прожить.

Закон не предусматривает единого общего прейскуранта, поэтому может быть так, что стоимость определенных процедур в разных клиниках будет значительно разниться. Плата за визит также везде разная. Врачи утверждают, что сегодня уменьшения числа пациентов из-за удорожания лечения пока не чувствуется.

— Бабушки приходят, не поднимается у меня рука — взять с них столько, на сколько подорожали услуги, материалы, — говорит Сергей Неделько. — Если обычно удаление зуба стоит у меня 250 крон, то для пенсионеров — 150. Средняя стоимость пломбы — 300 крон. И пока меньше пациентов у меня не стало.

Заведующая стоматологическим отделением Ида-Вируской центральной больницы Меэди Лехтла также сказала, что пациентов много. Она думает, что меньше и не будет, люди вынуждены мириться с подорожаем и не только зубоврачебных услуг. В этом отделении больницы расценки сегодня таковы: консультация у зубного врача — 100 крон, у протезиста — 115, удаление зуба — от 130 до 205 плюс стоимость укола.

— Люди, отказывая себе в чем-то другом, все-таки стараются лечить зубы, здоровье ведь дороже, — отметила Нина Зайденцаль.

Но в народе все чаще говорят, что с такими ценами скоро все будем без зубов. «Не все, конечно, но если и дальше будет такое подорожание, то ничего хорошего ждать не приходится, — уверен Борис Нечаев. — Представляете, если бы больничная касса не оплачивала лечение, которое проходят люди у нейрохирурга? А стоматологию, посчитали, можно бросить. Но ведь рот — это ворота в организм, и если на них свищи, гной, гниль, то что будет дальше?».

Борис Нечаев считает, что об этой проблеме, о принципах финансирования стоматологической помощи в условиях, когда рост цен не соответствует уровню доходов населения, надо не просто говорить, а уже кричать как на уровне местных самоуправлений, так и на государственном.

Источник информации : газета «Северное Побережье»